Написано с месяц назад, надо было выдержать немножко

Поэт не может быть не трупом

Поэту всё разрешено

Он оставляет только срубы –

Но прорубает в мир окно

Он заставляет поколенье

Погрудь погрязшее в боях

Искать пути для отчужденья

И упоения размах

Он оставляет мир заикой

Он вечен, как Медовый Спас,

Он исторгает наши крики

Из тел самолюбивых нас

Поэт уходит слишком рано

И поражает только гимн

С которым глупые профаны

Играют реквием над ним

Молчи, молчи во мгле небесной,

Не плачь и не жалей!

На нас безумно смотрят бесы,

Когда поет – Орфей!

Оставьте гордый взгляд Иуде!

Он нам не навредит.

В загробном мире нас рассудит

Молчанье Эвридик -

Мы слишком долго ждем на сцене,

Но гимны – не для нас.

Мы потеряли вдохновенье,

Взбираясь на Парнас.

Нам слишком больно расставанье

И пистолет в упор,

Нас выставляют на закланье,

Чтобы звенел аккорд.

Молчи, молчи во мгле небесной!

Пусть будет всех больней

Страданье этой муки крестной,

Чтоб только пел – Орфей!

"Античная литература сквозь зеркало русской поэзии". Заметки на полях.

Вначале два слова о стихотворении О.Э. Мандельштама "Бессонница. Гомер..." Большинство авторов, приступающих к анализу данного произведения исходят из того факта, что поэт писал о Гомере. На основе этой аксиомы делается вывод - лирический герой Мандельштама осмысляет Троянскую войну как схватку за Елену, главная движущая сила в поэме - любовь. Не даром в стихотворении "все движится любовью". 
Во-первых, стоит отметить, что если поэт и писал о Гомере, это не значит, что он писал о его поэме. Во-вторых, из чего вообще делается столь странное заключение? - Мандельштам писал не о Гомере, а о себе. Центральный  образ в стихотворении - это образ лирического героя: "Я список кораблей дочел..." Гомер и его поэма привлекаются автором "постольку, поскольку". Лирический герой Мандельштама говорит о своем состоянии, а не об отношении к какому-то конкретному историческому событию. Поэтому сомнительно, что в этом стихотворении Мандельштам попытался осмыслить войну через любовь. Скорее наоборот.


 Бродский

Мой Tелемак,
Tроянская война
окончена. Кто победил - не помню.
Должно быть, греки: столько мертвецов
вне дома бросить могут только греки...
И все-таки ведущая домой
дорога оказалась слишком длинной,
как будто Посейдон, пока мы там
теряли время, растянул пространство.
Мне неизвестно, где я нахожусь,
что предо мной. Какой-то грязный остров,
кусты, постройки, хрюканье свиней,
заросший сад, какая-то царица,
трава да камни... Милый Телемак,
все острова похожи друг на друга,
когда так долго странствуешь; и мозг
уже сбивается, считая волны,
глаз, засоренный горизонтом, плачет,
и водяное мясо застит слух.
Не помню я, чем кончилась война,
и сколько лет тебе сейчас, не помню.

Расти большой, мой Телемак, расти.
Лишь боги знают, свидимся ли снова.
Ты и сейчас уже не тот младенец,
перед которым я сдержал быков.
Когда б не Паламед, мы жили вместе.
Но может быть и прав он: без меня
ты от страстей Эдиповых избавлен,
и сны твои, мой Телемак, безгрешны.

За что люблю стихи Бродского - так это за смысловую ассиметрию. Однажды, я даже отважился утверждать, что "Большая элегия Джону Донну" вообще лишена смысла. На самом деле, как мне кажется, особенность поэзии Бродского в том, что его л.г. не делает конкретных выводов и, как правило, не приходит к какому-то однозначно-определенному заключению. Грубо говоря, в той же эллегии Джону Донну есть сразу несколько (возможно взаимоисключающих) идей, которые в равной степени важны для их носителя -  лирического героя.
Так, в Письме Телемаку первая идея может быть сведена к возгласу: "И все-таки ведущая домой
дорога оказалась слишком длинной". Герой, потерял нравственные ориентиры. Позади - мертвецы бессмысленной войны, впереди - какой-то грязный остров. Одним словом, банька с пауками.

Вторая идея - "без меня ты от страстей Эдиповых избавлен, и сны твои, мой Телемак, безгрешны". Герой рад тому, что он не вернется на родину. Герой рад (если подобное чувство можно назвать радостью), удовлетворен тем, что не увидит сына. Сына, который, должно быть, забыл отца. (Не напоминает Клэр Газданова и Машеньку Набокова?) И чтобы избавить сына от порочных помыслов, Одиссей должен затеряться где-то на просторах Понта, между Сциллой и Харибдой.

Помимо собственно идей в стихотворении есть еще одно общее настроение. Настроение отчаяния. Герой ощущает себя в той самой "баньке", о которой я уже упоминал и, главное, понимает, что ему из нее не выбраться. Его удел - влачить жалкое существование, терпеть, вечно ждать. Танталов труд, если нет надежды. А надежды у героя нет.

Вот такой неутишительный итог для героя, которому везде чудится хрюканье свиней....

Писанное мною еще в начале лета. Как внезапно актуально! Стиль дурацкий, шершавостей полно. Вобщем за стихосложение я себе ставлю двойку на сей раз. Ну уж простите. Не читайте это, не читайте!

Россия бьет по всем фронтам

Падшие, но живые

Россию бьют по всем фронтам

Оборотись по сторонам!

Вон там ругают. Там поэт

Нарушить хочет этикет.

Там вражьи строятся полки

А вон готовятся силки

На улице нам ближний - враг

А остальное все – пустяк!

На бабьих слезах – эшафот

А на солдатах нет сапог

Замерзла вишня и туман

Скрывает нас от дальних стран

Махорка только из тюрьмы

Похолодевшие умы

До дыр затерта голова

Молчи, молчи моя Москва!

Нет ни прохожих, ни людей

Повисли лампы площадей

Нам предлагают пить кефир

И затирают мир до дыр

Нам говорят, что повезет

Чтоб жили, только без забот

Чтоб скрыли мы свой верный срам

Оборотись по сторонам!

Простите мне мою войну

Я не умею, я в плену

Но только вечная война

Спасет от этого ...

Спасет от этого ...

Россию бьют по всем фронтам

Оборотись по сторонам!

Мне Родину мою убьют

Я вас зову на самосуд

Я вас зову чтоб вы пришли

Со всех концов, со всей земли,

Чтоб разгорелся Эрмитаж

И начинался Еролаш

Стоит Москва. Мы все пьяны

Ее неверные сыны

И только, будто серый вош

По пустоте ее ползешь

И только больно вспоминать,

Как мы орали

Как мы орали из тюрьмы

Как ждали новый свет весны

Как начинался каждый миг

А получили

А получили только ФИГ

Россия бьет по всем фронтам

Оборотись по сторонам

Очисть ворота -  вон идет

Наш самый главный пешеход

Наш самый первый депутат

Наш самый классный дипломат

Наш ум, наш царь, наш свет, наш бог

Он знает правду наперед

Он говорит и все пойдут

На непостроенный редут

Он в одиночку склеет матч

И детям он подарит мяч

Он нам наш детский дом построит

Он наш святой гиперболоид

Да будет свят, одержит верх

Наш самый толстый в мире червь

Россия!

Но только иногда, когда

Сквозь муки этого бреда

Сквозь узы темные вреда

Пробьется правда

Вдруг, тогда

Оборотись мой друг, не плач

Верь, не утонит в речке мяч

Оборотись по сторонам

Россию.

Россию бьют по всем фронтам..

Люби Россию.

Свобода. Все мои мытарства запланированные на это лето прошли, план выполнен и даже немножко перевыполнен. Свобода, плавно перерастающая в пустоту. Что делать месяц - неизвестно... Придется заняться самообучением)  

Просто отмотал два года назад и вспомнил детство. А вообще пора обновляться...

Когда дожди текли в пространство,
И небо куксилось зарею винною,
Я шествовал по нивам Спасского
И по тропинкам Лутовинова

Я был невольною усмешкою
И лесу, и седому полю,
Рассматривая горе женское
Под микроскопом своеволья.

Дождями плакалося небо,
Как баба, дико и уныло,
И поле серою газетой
Палитру сердца промочило.

Я находился в полустранстве,
И лужи пахли берегами,
Ловя обломки от пространства,
Разбившегося под ногами.

А мимо солнце пролетало,
И, ничего не освещая,
Облило небо дымкой талой
Из кружки ледяного чая. 

июнь, 2006

Давно я что-то не писал в ЖЖ. Всё как-то не-до-того. Всё несешься куда-то сломя голову. Москва... Стоит остановиться, посмотреть вокруг, сказать себе: да, жизнь проходит даром, уже какая-то там ее часть прошла... Я всё не-до-того. Всё летишь... Бесследно исчезает былое, память сохраняет лишь капли, напоминая о дожде. А дождь уже прошел, светит солнце и все счастливы. А мне радоваться некогда... 
Отрыл тут что-то старенькое.

На планете стало слишком грязно

От смертей, от водки, от простуды,

Оттого, что говорят бессвязно

Странные родившиеся люди,

Оттого, что завтра понедельник,

И опять проходит воскресенье,

Оттого, что каждый день недели

Стал, по сути, праздничный сочельник...

Оттого, что нет Наполеонов.

И остались только Бернадоты -

Оттого, что все решат законы:

От любви до будничной заботы.

Так давай же вместе веселиться,

День последний снова не настанет,

Устриц кушай в клетке чудо-птица

И моргай ослепшими глазами.

Говори, что завтра воскресенье,

И кукуй мне годик - временами

Разбуди проснувшихся соседок,

Чтобы куковали вместе с нами.

На планете стало слишком грязно.

Добрые ушли и не приходят,

И года безмолвные проходят

Все как дикобраз единобразно.


Ну вот я и стал писать, как все. Иноходь кончилась. Даже запятые расставил в тексте.

Занавес, маэстро, занавес!